Блез Паскаль: цитаты, высказывания, афоризмы.

Блез Паскаль
Блез Паскаль

Блез Паскаль (фр. Blaise Pascal; 19 июня 1623 — 19 августа 1662) — французский математик, механик, физик, литератор и философ. Классик французской литературы, один из основателей математического анализа, теории вероятностей и проективной геометрии, создатель первых образцов счётной техники, автор основного закона гидростатики.

Для человека, который любит только себя, самое нестерпимое – оставаться наедине с собой.

Говоря о любви, мы влюбляемся, и не мудрено: ведь это самая естественная для человека страсть.

Любовь и ненависть часто мешают справедливому суждению.

Величайшее счастье, доступное человеку – любовь, оно должно служить источником всего возвышенного и благородного.

Радость любить, не дерзая сделать признание, сопряжена с муками, но в такой любви есть и своя прелесть. С каким воодушевлением мы делаем все, что может понравиться человеку, которого мы беспредельно чтим!

Я думаю, что любовь преображает душу. Эта страсть возвышает людей и преисполняет их благородством. Все в человеке должно быть ей под стать, иначе она окажется ему не по силам и будет его тяготить.

В любви молчание дороже слов. Хорошо, когда смущение сковывает нам язык: в молчании есть свое красноречие, которое доходит до сердца лучше, чем любые слова. Как много может сказать влюбленный своей возлюбленной, когда он в смятении молчит, и сколько он при этом обнаруживает ума.

Первый признак любви – благоговение. Мы боготворим того, в кого мы влюблены, и это совершенно справедливо, ибо ничто на свете не сравнится для нас с предметом нашей страсти.

Чем длиннее путь в любви, тем большее наслаждение испытает утонченный ум.

Человек должен устроить свою жизнь в согласии с одним из двух предположений: 1) что он будет жить вечно; 2) что срок его на земле мимолетен, быть может, меньше часа; так оно и есть на самом деле.

Так протекает вся жизнь: ищут покоя, боясь бороться против нескольких препятствий; а когда эти препятствия устранены, покой становится невыносимым.

Счастлива жизнь, которая начинается с любви и кончается страстью!

Мы никогда не живем, но только надеемся жить, и так как мы постоянно надеемся быть счастливыми, то отсюда неизбежно следует, что мы никогда не бываем счастливы.

Блез Паскаль, гравюра
Блез Паскаль, гравюра Т. Дали, 1821 год.

Жизнь – это воспоминание об одном мимолетном дне, проведенном в гостях.

Люди живут в таком полном непонимании суетности человеческой жизни, что приходят в полное недоумение, когда им говорят о бессмысленности погони за почестями. Ну, не поразительно ли это!

Бурная жизнь заманчива для недюжинных умов, посредственности не находят в ней отрады: во всех своих поступках они подобны машинам.

Тот, кто провел жизнь свою в духовном совершенствовании, не может быть недоволен, потому что то, чего он желает, всегда в его власти.

Люди ищут удовольствий, бросаясь из стороны в сторону, только потому, что чувствуют пустоту своей жизни, но не чувствуют еще пустоты той новой похоти, которая их притягивает.

Лучше умереть, не думая о смерти, чем думать о ней, даже когда она не грозит.

Все люди стремятся к счастью – из этого правила нет исключений; способы у всех разные, но цель одна… Счастье – побудительный мотив любых поступков любого человека, даже того, кто собирается повеситься.

Мы бываем счастливы, только чувствуя, что нас уважают.

Человек не ангел и не животное, и несчастье его в том, что чем больше он стремится уподобиться ангелу, тем больше превращается в животное.

Суть несчастья в том, чтобы хотеть и немочь.

Добродетель человека измеряется не необыкновенными подвигами, а его ежедневным усилием.

Блез Паскаль портрет
Блез Паскаль

Мы стойки в добродетели не потому, что сильны духом, а потому, что нас с двух сторон поддерживает напор противоположных пороков.

Судить о добродетели человека следует не по его порывам, а по ежедневным делам.

Лучшее в добрых делах – это желание их утаить.

Зло – видимое нами по близорукости благо.

Допустимо ли искоренять злодейство, убивая злодеев? Но ведь это значит умножать их число.

С какой легкостью и самодовольством злодействует человек, когда он верит, что творит благое дело!

Если у женщины есть желание понравиться и при этом она одарена всеми преимуществами красоты или хотя бы некоторыми из них, она своего добьется.

Красота бесконечно многообразна. Лучшая ее хранительница – женщина. Когда женщина умна, она удивительно одухотворяет и возвышает красоту.

Надеясь снискать благосклонность женщины, мужчина первый делает шаг навстречу – это не просто обычай, это обязанность, возлагаемая на него природой.

Блез Паскаль портрет
Блез Паскаль

Как страшно чувствовать, что течение времени уносит все, чем ты обладал!

Прошлое и настоящее – наши средства, только будущее – наша цель.

Мы никогда не ограничиваемся настоящим. Желаем, чтобы поскорее наступило будущее, сожалеем, что оно так медленно подвигается к нам; или вспоминаем прошедшее, хотим удержать его, а оно быстро от нас убегает. Мы так неразумны, что блуждаем во временах, нам не принадлежащих, не думая о том, которое дано нам. Мы суетно пребываем мыслью во временах, которых уже нет более, и без размышления упускаем настоящее.

Мы почти никогда не думаем о настоящем, а если и думаем, то только для того, чтобы почерпнуть из него сведения, как распорядиться будущем.

Мы предупреждаем будущее, находя его слишком медленным, или вспоминаем прошедшее для того, чтобы задержать это будущее, находя его слишком скорым.

Перед тем, как что-то сделать, надо подумать не только о самом поступке, но и о нас самих, о нашем настоящем, прошлом, будущем и о людях, которых этот поступок касается, и поставить все это во взаимосвязь. И тогда мы будем очень осмотрительны.

Величие не в том, чтобы впадать в крайность, но в том, чтобы касаться одновременно двух крайностей и заполнять промежуток между ними.

Величие человека – в его способности мыслить.

Величие человека тем и велико, что он сознает свое ничтожество.

Блез Паскаль
Блез Паскаль

Истина и справедливость – точки столь малые, что, метя в них нашими грубыми инструментами, мы почти всегда делаем промах, а если и попадаем в точку, то размазываем ее.

Истина так нежна, что чуть только отступил от нее, впадаешь в заблуждение; но и заблуждение это так тонко, что стоит только немного отклониться от него, и оказываешься в истине.

Красноречие должно быть приятно и содержательно, но нужно, чтобы это приятное, в свою очередь, было заимствовано от истинного.

Красноречие – это живопись мысли.

Красноречие – это искусство говорить так, чтобы те, к кому мы обращаемся, слушали не только без труда, но и с удовольствием, чтобы, захваченные темой и подстрекаемые самолюбием, они хотели поглубже в нее вникнуть.

Истинное красноречие не нуждается в науке красноречия, как истинная нравственность не нуждается в науке о нравственности.

Истинное красноречие смеется над витиеватостью; истинная нравственность смеется над нравоучением.

Полный покой означает смерть.

Всего невыносимей для человека покой, не нарушаемый ни страстями, ни делами, ни развлечениями, ни занятиями. Тогда он чувствует свою ничтожность, заброшенность, несовершенство, зависимость, бессилие, пустоту. Из глубины его души сразу выползают беспросветная тоска, печаль, горечь, озлобление, отчаяние.

Есть пороки, которые коренятся в нас только благодаря другим нашим порокам и которые исчезнут, лишь только мы избавимся от последних: так спадают ветки дерева, когда подрубишь ствол.

Когда человек пытается довести свои добродетели до крайних пределов, его начинают обступать пороки.

Сомнение и лень – вот два источника всех пороков.

Ничто не одобряет так порока, как излишняя снисходительность.

Блез Паскаль портрет
Блез Паскаль

Справедливость без силы – одна немощь, сила без справедливости тиранична. Надо, стало быть, согласовывать справедливость с силой и для этого достигнуть, чтобы то, что справедливо, было сильно, а то, что сильно, было справедливо.

Справедливость должна быть сильной, а сила должна быть справедливой.

Понятие справедливости так же подвержено моде, как женские украшения.

Дело, порученное адвокату, кажется ему вдвойне справедливым, если ему заплатили вперед.

Из того, что некоторые лица не имеют никакого интереса в том, что они говорят, отнюдь нельзя с полной достоверностью заключить, что они не лгут; существуют люди, которые лгут просто чтобы лгать.

Можно, конечно, сказать неправду, приняв ее за истину, но с понятием «лжец» связана мысль о намеренной лжи.

Человек – это сплошное притворство, ложь, лицемерие не только перед другими, но и перед собой. Он не желает слышать правду о себе, избегает говорить ее другим. И эти наклонности, противные разуму и справедливости, глубоко укоренились в его сердце.

Верх ума назовут безумием, как и крайнюю его тупость. Только посредственность всегда в похвале у людей.

В умственных занятиях, как и в любви, бывают состояния экстаза.

Все наше достоинство – в способности мыслить. Только мысль возносит нас, а не пространство и время, в котором мы – ничто. Постараемся же мыслить достойно: в этом – основа нравственности.

портрет Блеза Паскаля
Блез Паскаль

Говорите как все, но думайте по-своему.

Отчего это хромой человек нас не раздражает, а умственно хромающий раздражает? Оттого, что хромой сознает, что мы ходим прямо, а умственно хромающий утверждает, что не он, а мы хромаем.

Доводы, до которых человек додумывается сам, обычно убеждают его больше, нежели те, которые пришли в голову другим.

Инстинкт и разум – признаки двух различных сущностей.

Лучшие книги те, о которых читатели думают, что они могли бы написать их.

Людей не учат быть честными, а учат всему остальному. Однако они ни на что не имеют столько притязаний, как на честность.

Молчание – величайшее из человеческих страданий; святые никогда не молчали.

Истинная нравственность пренебрегает нравственностью.

О нравственных качествах человека нужно судить не по отдельным его усилиям, а по повседневной жизни.

Кто не готов умереть ради собственной чести, тот обретет бесчестье.

По мере вразумления нашего мы открываем в человеке все больше и больше величия и низости.

Позорно лишь не чувствовать своего позора.

Сущность наслаждения – в самом желании его.

Чрезмерные чувственные наслаждения лишаются своей яркости и перестают быть наслаждениями.

Распутство столь же чудовищно, как и извращенность ума.

Ухо наше для лести – широко раскрытая дверь, для правды же – игольное ушко.

портрет Блеза Паскаля
Блез Паскаль

Благородные дела, которые совершаются в тайне, более всего достойны уважения.

Веления разума гораздо более властны, чем приказания любого повелителя; неповиновение последнему делает человека несчастным, неповиновение же первому – глупцом.

Все правила достойного поведения давным-давно известны, остановка за малым – за умением ими пользоваться.

Издеваться над философией – это значит поистине философствовать.

Каждое «я» – враг и желало бы быть тираном всех других.

Привычка – вторая природа, которая разрушает первую.

Предвидеть – значит управлять.

Я написал это письмо более длинным, чем обычно, потому что у меня не было времени написать короче.

Чувствительность человека к пустякам и бесчувственность к существенному – какая страшная извращенность!

Чувство так же легко развратить, как ум. И чувство, и ум мы совершенствуем или, напротив, развращаем, беседуя с людьми. Стало быть, иные беседы совершенствуют нас, иные развращают. Значит, следует тщательно выбирать собеседников; но это невозможно, если ум и чувство еще не развиты или не развращены. Вот и получается заколдованный круг, и счастлив тот, кому удается выскочить из него.

портрет Блеза Паскаля
Блез Паскаль

Эгоизм ненавистен, и те, которые не подавляют его, а только прикрывают, всегда достойны ненависти.

Люди делятся на праведников, которые считают себя грешниками, и грешников, которые считают себя праведниками.

Люди не могут дать силу праву и поэтому дали силе право.

Люди почти всегда склонны верить не тому, что доказуемо, а тому, что им больше по вкусу.

С людьми бывает то же, что с благами сего мира: чем ближе их знают, тем меньше их ценят.

Гнусны те люди, которые знают, в чем истина, но стоят за нее, лишь пока им это выгодно, а потом отстраняются.

Таким образом, люди имеют притязание на знакомство только с тем, чему собственно не учатся.

Вообразите, что перед вами множество людей в оковах, и все они приговорены к смерти, и каждый день кого-нибудь убивают на глазах остальных, и те понимают, что им уготована такая же участь, и глядят друг на друга, полные скорби и безнадежности, и ждут своей очереди. Вот картина человеческого существования.

Если бы судьи и впрямь умели судить по справедливости, а лекари – исцелять недуги, им не понадобились бы квадратные шапочки и широченные мантии. Но так как знания судей и лекарей лишь воображаемы, они пытаются этим поразить воображение окружающих. А вот военным ни к чему подобный маскарад: они силой берут то, что другие получают, пуская в ход лицедейство.

Какую химеру представляет собою человек, какой центр противоречий, какое чудовище! Судья всех вещей – и в то же время земной червь; свидетель истины – и в то же время клоака неведения и заблуждений; гордость вселенной – и в то же время ее последний отброс.

Человек страдает невыносимо, если он принужден жить только с самим собой и думать только о себе.

Я полагаю, что долг человека и в том, чтобы ни от чего не приходить в отчаяние и во всем находить хорошую сторону.
Человек – это тростинка, самое слабое в природе существо, но это тростинка мыслящая.

Хороший острослов – дурной человек.

Мир – это сфера, центр которой повсюду, а окружности нет нигде.

Чем умнее человек, тем больше своеобычности он находит во всяком, с кем общается. Для человека заурядного все люди на одно лицо.

Кто не видит суеты мира, тот суетен сам.

Доводить до суеверия благочестие – это подрывать его.

Как мало бы уцелело дружб, если бы каждый вдруг узнал, что говорят друзья за его спиной, хотя как раз тогда они искренни и беспристрастны.

Сила, а не общественное мнение правит миром, но мнение использует эту силу.

Нет ничего постыднее, как быть бесполезным для общества и для самого себя и обладать умом для того, чтобы ничего не делать.

Слишком большие благодеяния досадны: нам хочется отплатить за них с лихвой.

Последний вывод разума – это признание, что есть бесконечное число вещей, превосходящих его. Он слаб, если не доходит до признания этого. Где надо – следует сомневаться, где надо – говорить с уверенностью, где надо – признавать свое бессилие. Кто так не поступает – не понимает силы разума.

Существует достаточно света для тех, кто хочет видеть, и достаточно мрака для тех, кто не хочет.

Только в конце работы становится ясно, с чего надо было начать.

Сила разума в том, что он признает существование множества явлений, ему непостижимых; он слаб, если не способен этого понять. Ему часто непостижимы явления самые естественные, что уж говорить о сверхъестественных!

Те, кто писал о суетности славы, хотят все же прославиться тем, как хорошо они об этом написали.

Способности ума не приобретаются упражнениями, их можно только совершенствовать. Отсюда ясно, что утонченность – это природный дар, а не плод искусства.

Случайные открытия делают только подготовленные умы.

Совесть – лучшая нравоучительная книга из всех, которыми мы обладаем; в нее следует чаще всего заглядывать.

Любопытство – то же тщеславие; очень часто хотят знать для того только, чтобы говорить об этом.

Славолюбие – самое низменное чувство человека и вместе с тем самое неоспоримое доказательство его высокого достоинства, ибо, даже владея всеми насущными благами, он не знает довольства, если не окружен уважением ближних.