Иван Сергеевич Тургенев: цитаты, афоризмы, высказывания.

Иван Сергеевич Тургенев

Иван Сергеевич Тургенев.
Дата съемки: 1880 — 1882.
Справа – автограф Ивана Тургенева. Фотограф — Михаил Панов. Место съемки г. Москва ул. Петровка

Иван Сергеевич Тургенев (1818 — 1883) — русский писатель-реалист, поэт, публицист, драматург, переводчик.

Всякая любовь счастливая, равно как и несчастная, – настоящее бедствие, когда ей отдаешься весь.

Порицать, бранить имеет право только тот, кто любит.

Человек, который расстается с женщиной, некогда любимой, в тот горький час и великий миг, когда он невольно сознает, что его сердце не всё, но вполне проникнуто ею, этот человек, поверьте мне, лучше и глубже понимает святость любви, чем те малодушные люди, которые от скуки, от слабости продолжают играть на полупорванных струнах своих вялых и чувствительных сердец.

Все чувства могут привести к любви, к страсти, все: ненависть, сожаление, равнодушие, благоговение, дружба, страх – даже презрение. Да, все чувства… исключая одного: благодарности. Благодарность – долг, всякий человек платит свои долги…, но любовь – не деньги.

Не ревнует тот, у кого нет хоть бы капли надежды.

Жизнь есть не что иное, как постоянно побеждаемое противоречие.

Жизнь – это красноватая искорка в мрачном и немом океане вечности, это единственное мгновение, которое нам принадлежит.

Точно и сильно воспроизвести истину, реальность жизни есть высочайшее счастье для литератора, даже если эта истина не совпадает с его собственными симпатиями.

Рад бы брать у русской жизни уроки, да молчит она, голубушка.

Старая штука смерть, а каждому внове.

Ничего не может быть хуже и обиднее слишком поздно пришедшего счастья. Удовольствия оно все-таки вам доставить не может, но зато лишает вас права браниться и проклинать судьбу.

Хочешь быть счастливым? Выучись сперва страдать.

Счастье – как здоровье. Когда его не замечаешь, значит, оно есть.

Сильному не нужно счастья.


Каждый делает свою судьбу, и каждого она делает.

Добро по указу – не добро.

Женщина не только способна понять самопожертвование: она сама умеет пожертвовать собой.

Иная барышня только оттого и слывет умною, что умно вздыхает.

О, взгляд женщины, которая полюбила, – кто тебя опишет? Они молили, эти глаза, они доверялись, вопрошали, отдавались…

В мелочах русская женщина может сдаться скорее нас, мужчин, но черту посмотреть в глаза сумеет лучше нас.

Нигде время так не бежит, как в России; в тюрьме, говорят, оно бежит еще скорее.

Брак, основанный на взаимной склонности и на рассудке, есть одно из величайших благ человеческой жизни.

О, молодость! Молодость! Может быть, вся тайна твоей прелести не в возможности всё сделать, а в возможности думать, что ты всё сделаешь.

Много дрязг плавает в шумных волнах молодости и уплывает с ними; а все-таки лучше этих волн нет ничего.

У нас всех есть один якорь, с которого, если сам не захочешь, никогда не сорвешься: чувство долга.

Исполнение долга: вот о чем следует заботиться человеку.

Честность была его капиталом, и он брал с него ростовщичьи проценты.

Во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах моей родины – ты один мне поддержка и опора, о великий, могучий, правдивый и свободный русский язык!.. Нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу!

Берегите наш язык, наш прекрасный русский язык – это клад, это достояние, переданное нам нашими предшественниками! Обращайтесь почтительно с этим могущественным орудием: в руках умелых оно в состоянии совершить чудеса.

Берегите чистоту языка, как святыню! Никогда не употребляйте иностранных слов. Русский язык так богат и гибок, что нам нечего брать у тех, кто беднее нас.

Жалок тот, кто живет без идеала!

Вы еще не знаете, есть ли у вас талант? Дайте ему время вызреть; а если его даже не окажется, разве человеку необходим именно поэтический талант, чтобы жить и действовать?

Ничего нет утомительнее невеселого ума.

Стремление к отысканию общих начал в частных явлениях есть одно из коренных свойств человеческого ума.

Ум, направленный на одно порицание, беднеет, сохнет.

Смех без причины – лучший смех на свете.

Сказать, например, что просвещение полезно, это общее место; а сказать, что просвещение вредно, это противоположное общее место. Оно как будто щеголеватее, а, в сущности, одно и то же.

Учение – не только свет, по народной пословице, – оно также и свобода. Ничто так не освобождает человека, как знание.

Бесполезно доказывать предубежденному человеку несправедливость его предубеждений.

Всякому человеку следует не переставая быть человеком, быть специалистом.

Идите вперед, пока можете, а подкосятся ноги, сядьте близ дороги и глядите на прохожих без досады и зависти: ведь и они недалеко уйдут!

Какую клевету ни возведи на человека, он, в сущности, заслуживает в двадцать раз хуже того.

Человек все в состоянии понять – и как трепещет эфир, и что на солнце происходит, а как другой человек может иначе сморкаться, чем он сам сморкается, это он понять не в состоянии.

Человек, желающий создать что-нибудь целое, должен употребить на это целое свое существо.

Заметили ли вы, что человек, необыкновенно рассеянный в кружке подчиненных, никогда не бывает рассеян с людьми высшими?

Русский человек так уверен в своей силе и крепости, что он не прочь и поломать себя: он мало занимается своим прошедшим и смело глядит вперед. Что хорошо – то ему и нравится, что разумно – того ему и подавай, а откуда оно идет – ему все равно.

Русский человек боится и привязывается легко; но уважение его заслужить трудно: дается оно не скоро и не всякому.

Удивительно умирает русский мужик. Состояние его перед кончиной нельзя назвать ни равнодушием, ни тупостью; он умирает, словно обряд совершает: холодно и просто.

Русский человек только тем и хорош, что он сам о себе прескверного мнения.

Ибо у нас уже так на Руси заведено: одному искусству человек предаваться не может – подавай ему все.

Русский человек любит потчевать – коли нечем иным, так своими знакомыми.

Склонность к грубой потехе – склонность, к сожалению, свойственная русскому человеку.

В сердце русского человека живет такая горячая любовь к родине, что одно ее священное имя, произнесенное перед публикой, вызывает приветственные клики одобрения и участия.

Самобытность русского человека и в хорошем и в дурном по меньшей мере равна его восприимчивости.

В русском человеке таится и зреет зародыш будущих великих дел, великого народного развития.

… Сойдется десять русских, мгновенно возникает вопрос… о значении, о будущности России… тут же, кстати, достанется гнилому Западу…Бьет он нас на всех пунктах, этот Запад, – а гнил!…Ругать-то мы его ругаем, а только его мнением и дорожим, то есть в сущности мнением парижских лоботрясов.

… Да, вы люди латинской расы, в вас еще жив дух римлян с их преклонением перед священным правом; словом, вы люди закона… А мы не таковы… Как бы вам это объяснить? Представьте себе, что у нас, в России, как бы стоят по кругу все старые русские, а позади них толпятся молодые русские. Старики говорят свое «да» или «нет», а те, что стоят позади, слушают их. И вот перед этими «да» и «нет» закон бессилен, он просто не существует; у нас, русских, закон не кристаллизируется, как у вас. Например, воровство в России – дело нередкое, но если человек, совершив даже и двадцать краж, признается в них и будет доказано, что на преступление его толкнул голод, толкнула нужда – его оправдают… Да, вы люди закона и чести, а мы, хотя у нас и самовластье, мы люди… Мы менее связаны условностями, мы более человечные люди!

Толпа – наш царь – и ест, и пьет исправно
И, что в душе задумчиво живет,
Болезнию считает своенравной.

Россия без каждого из нас обойтись может, но никто из нас без нее не может обойтись. Горе тому, кто это думает, двойное горе тому, кто действительно без нее обходится!

Неслышно и тихо совершается переворот в обществе; иноземные начала перерабатываются, превращаются в кровь и сок; восприимчивая русская природа, как бы ожидая этого влияния, развивается, растет не по дням, а по часам, идет своей дорогой, – и со всей трогательной простотой и могучей необходимостью истины возникает вдруг, посреди бесполезной деятельности подражания, дарование свежее, народное, чисто русское, – как возникает со временем русский, разумный и прекрасный быт и оправдывает наконец доверие нашего великого Петра к неистощимой жизненности России.

Да, русская старина нам дорога, дороже, чем думают иные. Мы стараемся понять ее ясно и просто; мы не превращаем ее в систему, не втягиваем в полемику; мы ее любим не фантастически вычурною, старческою любовью: мы изучаем ее в живой связи с действительностью, с нашим настоящим и нашим будущим, которое совсем не так оторвано от нашего прошедшего, как опять-таки думают иные.

… Для нашего брата славянский туман – благо… Его достоинство в том, что он укрывает нас от логики наших идей, от необходимости делать выводы.

Хороша русская удаль, да немногим она к лицу…

Русская душа правдивая, честная, простая, но, к сожалению, немного вялая, без цепкости и внутреннего жара.

Бояться за свое здоровье, за свою самостоятельность могут одни нервные больные да слабые народы; точно так же как восторгаться до пены у рта тому, что мы, мол, русские, – способны одни праздные люди. Я очень забочусь о своем здоровье, но в восторг от него не прихожу: совестно-с.

Народ консерватор par excellence… и даже носит в себе зародыши буржуазии в дубленом тулупе, теплой и грязной избе, с вечно набитым до изжоги брюхом и отвращением ко всякой гражданской ответственности и самодеятельности. Далеко нечего ходить – посмотрите на наших купцов.

Философические хитросплетения и бредни никогда не привьются к русскому: на это у него слишком много здравого смысла; но нельзя же допустить, чтобы под именем философии нападали на всякое честное стремление к истине и к сознанию.

Драматическое искусство, как и вообще все искусства и художества, занесено в Россию извне, но благодаря нашей благодатной почве принялось и пустило корни.

Себялюбие – самоубийство. Самолюбивый человек засыхает, словно одинокое дерево; но самолюбие как деятельное стремление к совершенству есть источник великого.

Человек без самолюбия ничтожен. Самолюбие – архимедов рычаг, которым землю с места можно сдвинуть.

Перед вечностью, говорят, всё пустяки – да; но в таком случае и сама вечность – пустяки.

Если стремление происходит из источника чистого, оно все-таки, и не удавшись вполне, не достигнув цели, может принести пользу великую.

Кто стремится к великой цели, уже не должен думать о себе.

Всякая молитва сводится на следующее: «Великий Боже, сделай, чтобы дважды два – не было четыре».

Чрезмерная гордость – вывеска ничтожной души.

Есть три разряда эгоистов: эгоисты, которые сами живут и жить дают другим; эгоисты, которые сами живут и не дают жить другим; наконец, эгоисты, которые и сами живут и жить другим не дают.

Слово «завтра» придумано для людей нерешительных и для детей.

Смешного бояться – правды не любить.

Слезы – это гроза, после нее человек всегда тише.

Говорят, всякая мысль подобна тесту: стоит помять ее хорошенько – всё из нее сделаешь.

Личность всегда главное, человеческая личность должна быть крепка как скала, ибо на ней всё строится.

Музыка – это разум, воплощенный в прекрасных звуках.

Нет ничего тягостнее сознания только что сделанной глупости.

Скептицизм всегда отличался бесплодностью и бессилием.

Фотографии Тургенева Ивана Сергеевича (9 фото)